Двигаясь по дороге Свирь — Глубокое и пройдя поворот на озеро Швакшты, я невольно снизил скорость — над придорожной деревушкой Чехи (домов на пятнадцать) развевался наш флаг. Большой, поднят на самое высокое дерево, он был виден издалека. И словно манил к себе. Легковушка, проехав в тот день около трехсот километров, как уставший конь после ярмарки, охотно свернула на проселочную, с ухабами, дорожку.

Хозяином усадьбы под флагом оказался известный в Нарочанском крае резчик по дереву Юрий Командирчик. Живет он в Купе (новое название Нарочь среди местного люда так и не прижилось), а в Чехах у него — дача-мастерская. Деревянные скульптуры мастера установлены много где на территории Нарочанского национального парка, пользуются они спросом и в других регионах Беларуси.

Преимущественно это исторические деятели, мифологические существа, персонажи белорусских народных сказок. Их «национальность» мастер всегда старается подчеркнуть — то «наденет» на своих героев яркие вышиванки, то обрамит свое произведение национальным орнаментом, то вырежет на видном месте надпись (а то и целый стих!) на белорусском языке.

Я застал Юрия за работой — с его подворья на всю деревню визжала бензопила, а на невысоком верстаке в дубовом комле начинали проступать очертания будущей скульптуры. Увидев нежданного гостя, хозяин дружелюбно улыбнулся и заглушил пилу, которой наловчился работать не хуже, чем лобзиком. По его собственному признанию, 90 процентов работы выполняется пилами с различными лезвиями. 

Очередной заказ мастеру пришел из лагеря «Зубренок». Побывав там в школьные годы, из всех тамошних памятников я запомнил только самолет-истребитель, стоявший в центре лагеря. Современным школьникам повезло больше — вскоре они будут созерцать двенадцать скульптур — знаков зодиака, — над которыми и работает сейчас Командирчик. На верстаке — Водолей. Наш, белорусский — в соломенной шляпе, с кувшином, из которого льется вода. 

Интересуюсь у резчика, насколько долговечны его скульптуры, не истлеют ли через который десяток лет? «Дубовые простоят долго. Раньше я использовал материал из тополя, но он через лет восемь-десять начинает гнить, проваливаться. А дуб, пропитанный антисептическим веществом, не боится ни влаги, ни мороза, ни солнца. Особенно если скульптуру оторвать от земли, поставить на постамент», — объясняет мастер. 

Недавно Юрий завершил работу «Древо жизни», которая стоит в курортном поселке Нарочь (та же Купа) возле отеля. Место людное, ежедневно возле той скульптуры проходят сотни людей, преимущественно отдыхающие из зарубежья. Они это «Древо жизни « (сам видел) читают, как книгу. Присматриваются к изображениям Купалинки и Велеса, к яблоку искушения, по слогам разбирая строки из стихотворения Геннадия Буравкина: «Пэўна, мудра ўсё зрабілі продкі, / калі столькі часу ўсім наўздзіў / яблык той, і горкі, і салодкі, / нам яшчэ аскомы не набіў».

Купалинка укутана вышитым полотенцем, на котором птички сидят клювик к клювику. Так в народном ткачестве символизировалась любовь… А над всем — крона из дубовых листьев. Скульптурная композиция по замыслу художника должна стать оберегом любви и материнства.

Стоят скульптурные композиции Юрия Командирчика и в санаториях «Белая Русь» и «Журавушка» на Голубых озерах. Среди них — ангел и Перун. «У Владимира Короткевича «Христос приземлился в Гродно», а у меня ангел — на Голубых озерах. Он летел-летел, и так ему понравилась эта обитель, что решил присесть отдохнуть на дереве», — восторженно рассказывает художник.

А Перун — целая поучительная притча. Он стоит на высоком дубе и бросает стрелы-молнии в бесов. Один из них, уродливый дракон, имеет раздвоенный язык. И Перун его убивает… 

В каждом произведении резчика — своя философия. Скажем, в деревне Волковичи под Минском стоит его «Оборотень» («Ваўкалак»). Лучше понять того оборотня сможет тот, кто читал одноименную басню Ольгерда Обуховича-Бандинелли. Там рассказывается о встрече волка с собакой. Собака, увидев изодранного и голодного волка, приглашает того пойти на службу к пану, мол, будешь верно служить, значит будешь хорошо и жить. На что волк отвечает: «Хоць галодзен, я свабодзен, / дзе мне цягне, там бягу. / На свабодзе прападу, / а ў няволю не пайду! / Буду вольным ваўкалакам, / ты ж — на прывязі сабакам!» 

Художник признается, что подобная философия близка и ему, свобода творчества для него на первом месте. Больше всего ему нравятся заказы, где его никто не ограничивает ни в темах, ни в материале, ни в сроках. Но позволяет ли такая свобода зарабатывать на жизнь?

«Многие работы я делаю почти что жертвенно, чтобы только покрывать свои расходы, — признается Юрий. — То же «Древо жизни», например. Я спросил у заказчика — Национального парка, — сколько у вас есть на это денег? Они говорят — тысяча рублей, больше мы не можем потратить. Я сначала планировал сделать простую композицию с птицами. Но мой сосед в Чехах художник Алесь Циркунов уговорил создать что-нибудь познавательно-оригинальное. Я посоветовался с сотрудниками парка. Их ответ — делай что хочешь, но средств больше нет. И я решил — дам волю своей фантазии и докажу, что в Беларуси еще не перевелись настоящие мастера-резчики!»

Из дома через дорогу к нам подходит Алесь Циркунов, чья усадьба напоминает сказочный терем. Спрашиваю, не мешает ли ему такой «громкий» сосед? Бензопила же фактически не умолкает…

Но старший художник и не думает упрекать более молодого. Напротив, многие творческие проекты рождаются у них сообща. Скажем, памятный крест для Куропат они делали вместе. Особенно Алесь Циркунов отмечает, что Юрий действительно бессеребренник, такие редко встречаются в художественной среде. Коллеги как к делу подходят? Деньги платятся — заказ выполняется. Без денег никто и пальцем не шевельнет. А Командирчик в любом случае берется за свою пилу. 

К ее пронзительному визгу в Чехах уже привыкли, относятся с терпением. Знают — Юрий старается не ради собственного благополучия, работает для людей. Даже гордятся, что повсюду в окрестностях стоят сделанные в их деревне скульптуры. Которые заставляют задуматься, вспомнить свою историю, свой язык.

Алесь Циркунов вспоминает, как они с Командирчиком ездили в Италию, в Монте-Кассино, где в 1944 году произошло одно из известнейших сражений Второй мировой войны. Участвовали в ней и белорусы — в составе армии генерала Андерса. Правда, их память на государственном уровне никак не увековечена. На Монте-Кассинском мемориале впечатлила друзей-художников история о легендарном медведе, который тоже воевал — помогал артиллеристам таскать и разворачивать в нужном направлении пушки. После войны он доживал свой ветеранский век в зоопарке.

Тогда же возникла идея вырезать того медведя из белорусского дуба и установить на месте боев. Теперь Командирчик как раз подбирает соответствующих размеров древесину. И добавляет — вырезать белорусского медведя-воина для Монте-Кассино считает своим почетным долгом. Ведь больше никто не сделает.

Дуб — дерево краснокнижное, спилишь его в лесу — штраф получишь. Где берет Юрий материал для своих работ? Оказывается, от случая к случаю. На верстаке — дуб из-под Островца, рос у человека во дворе. Стал мешать. Добрый человек отыскал Командирчика, тот немедленно примчался из своей Купы. Подобным образом добытые дубы лежат в специально отведенном месте, ждут своего часа. Все они уже распределены. 

Без резьбы по дереву мастер не представляет своей жизни. А впервые о таком искусстве услышал в армии от знакомого украинца, который скучал по своим Карпатам и гладкоствольным карпатским букам. Своим ремеслом он так увлек белоруса, что тот после армии поступил в Кобринское художественное училище. Хотя родом Юрий из Брагинщины, где леса почти нет, одни болота. «Но мне так хотелось резать! Для меня было настоящим чудом, как из деревянного кругляша получается человеческое лицо. Я имел и строительную специальность, но решил — буду резчиком! А сначала даже рисовать не умел», — вспоминает «молодые годы, молодые желания» состоявшийся мастер Юрий Командирчик, внешностью своей похожий на одного из своих сказочных персонажей — усатый, добродушный и веселый. 

Став членом Союза народных мастеров, он в 2000 году зарегистрировался как индивидуальный предприниматель и работает себе в удовольствие, людям на радость. Лет пять назад получил удостоверение Народного мастера Беларуси. На Мядельщине он такой единственный. 

Юрий Командирчик представляется мне командиром своего деревянного войска — его перуны, стрельцы, зубры и медведи тоже ведь служат и будут служить Беларуси. На берегах Нарочи, на Голубых озерах, в «Зубренке», в Куропатах и Монте-Кассино. Поклон тебе за это, Народный мастер!

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?