Икра, крабы и гармонь…

— Родился я на острове Сахалине, — После войны мои родители завербовались и поехали туда работать. Жизнь заставила. Как говорила моя мама, у отца была только шинель, а у нее — рваное пальто. Мама, кстати, из Украины, а отец — россиянин, из Омска.

На Сахалине мы и родились: два брата и две сестры. Там прошло мое детство. Помню, что крабов, рыбы всегда хватало — и копченая была, и вяленая. Икру красную банками ели.

— К гармони родители в детстве приучили?

— Когда мне было лет десять, отец сказал: «Бери гармонь». Я тогда не особо испытывал тягу к этому музыкальному инструменту, но во дворе у нас постоянно собиралась большая компания — почти вся улица приходила. Каждый день сами устраивали вечера отдыха — танцы для молодежи. Сами себе площадку нашли, вычистили ее, обустроили.

У нас был парень, который хорошо играл на гармошке, но инструмента у него не было. Просил, чтобы я принес из дома. Я выносил — он играл. Поиграет немного — перестанет. Любил, чтобы его упрашивали. И тогда я сам начал осваивать гармонь. За неделю выучил вальс «Дунайские волны», на патефоне пластинку слушал и запомнил мелодию. С каждым днем репертуар расширялся все больше и больше. Так, можно сказать, и научился. Самоучка. Позже играл на гармошке и в училище, и в армии…

«Я тебе дам все — и квартиру, и жену…»

Когда Валерию было 13 лет, семья переехала в Украину, на родину матери. В Белой Церкви парень пошел в местную школу, начал изучать украинский язык.

— Я на геометрии не понимал, когда учительница спрашивала про какой-то «кут», — вспоминает собеседник. — Потом уже узнал, что это угол. Но со временем, конечно, язык освоил.

Закончил восемь классов, затем уехал в Киев и поступил в училище морского и речного флота. Все на море рвался. Но по окончании учебы в плавсостав меня не взяли, потому что не было еще 18 лет. Затем начались армейские будни — службу проходил в Гродненском погранотряде.

После службы отправился к матери, ей там операцию сделали, но через некоторое время снова вернулся в Гродно. Поступил в местное культпросветучилище на хореографа. Без ложной скромности хочу сказать, что меня завуч училища на руках носил. Я не только хорошо учился, но был и хороший организатор — в самодеятельности постоянно участвовал, в ансамбле баянистов. Был старостой в общежитии и в группе.

После окончания училища Валерия Олейника забрал к себе в поселок Геранены Герой Социалистического Труда Владимир Александрович Баум, который был председателем колхоза в Ивьевском районе. На распределении директор училища задал вопрос в лоб: «К Бауму поедешь?»

— А Баум тогда Дом культуры в поселке построил на 400 мест, должность директора пустовала, — продолжает Валерий Васильевич. — Я согласился, а уже на следующее утро «Волга» под училищем стояла. Владимир Александрович лично приехал. Приехал и говорит мне: «Ты не переживай, я тебе дам все — и квартиру, и жену…» И увез в Геранены.

Кстати, я там и на самом деле в скором времени женился, нам дали, как и было обещано, двухкомнатную квартиру. Наша самодеятельность гремела на весь район! В Дом культуры звонили председатели колхозов, просили, чтобы к ним обязательно приехали с концертом. Кстати, я тогда еще заочно и высшее образование получил — Институт культуры закончил по специальности «организатор — режиссер массовых праздников».

Приз — в студию!

— А в 2005 году, можно сказать, вообще стал знаменитостью, когда выиграл на «Поле чудес». После этого ко мне и пресса приезжала, и телевидение, были фотосессии, съемки!…

— Как попали на передачу?

— Я регулярно писал туда письма, посылал кроссворды. И в один прекрасный день приходит вызов на передачу. Это было в ноябре 2004 года. А я в тот момент как раз был в Украине, у мамы. Близкие из Минска мне об этом немного с опозданием сообщили, но я все равно в Москву приехал. Там мне сразу же объяснили что к чему: «Мы ждали от вас звонка и не дождались, поэтому нашли вам замену. Но не расстраивайтесь. Отправляйтесь домой, а вызов вам снова придет».

И не обманули. Правда, на передачу пригласили только на следующий год — в мае 2005 года. Я пришел на передачу с баяном, частушки пел, танцевал. От Ивьевского райисполкома передал Якубовичу подарки — лидское пиво, белорусские сыры и колбасы, герб деревни Геранены, выполненный из соломки местными мастерицами. И победил! Привез в деревню видеокамеру и музыкальный центр.

 Профессия — уличный музыкант

После Дома культуры Валерий Васильевич работал в нескольких сельских школах, где преподавал пение и ритмику, пробовал себя грузчиком на заводе газовой аппаратуры, подрабатывал руководителем музыкального кружка при клубе…

— В итоге оформил пенсию, и в 2013 году уехал в Украину за мамой смотреть. И именно там, в Белой Церкви, начал осваивать профессию «уличного музыканта». Нашел там отцовскую гармонь, пошел на рынок, поиграл. Прихожу, говорю: «Мама, я понял, что на хлеб нам денег точно хватит». Так два года на рынках и играл. Когда в 2015 году мамы не стало, вернулся в родные Геранены.

Сейчас пенсия у меня около 700 рублей. Моя жена все время была домохозяйкой, у нее пенсия социальная. Это мизер — около 120 рублей. У меня два внука и внучка, им же тоже хочется что-то подарить. Вот и отправился в Минск…

Раньше пенсионер просто выходил на трассу Гродно — Минск, и автостопом добирался с гармошкой до столицы. Часто останавливались дальнобойщики. Сейчас больше ездит на поезде.

В Минске играл на разных станциях метро, первое время сталкивался с некоторыми трудностями.

— Восемь лет назад неопытный был, многое не знал, — рассказывает гармонист. — Например, в центре города милиция не разрешает музыкантам играть, потому что, мол, «некрасиво перед гостями столицы». Но не штрафовали.

Однажды подошел милиционер, спрашивает: «Основания для игры на музыкальном инструменте?» Я ему: «Какие основания? Почему я не могу просто сидеть и играть?» — «Вы же побираетесь». — «Извините, — отвечаю, — но это вы побираетесь. А я всю жизнь отпахал и сейчас пенсию получаю. И когда у меня есть свободное время, то сижу с гармошкой и отдыхаю. Мне так интереснее жить. А вы не захотели работать — вот и пошли в милицию. Почему вы считаете, что я побираюсь?»

Милиционер на меня тогда тоже обиделся: «Зачем вы на меня так говорите?» Так это же не я, заслуженный пенсионер с высшим образованием, первый начал. Так что не надо пенсионеров обижать. Идите, говорю, делом занимайтесь — алкашей и бомжей ловите.

Впрочем, это единичные случаи. В основном те, для кого играю, говорят так: «Дедушка, желаем, чтобы ты сто лет жил и нас веселил». Вот эти слова я постоянно слышу. Зачем же отнимать то, что людям нравится?

 «Совмещаю приятное с полезным…»

— На сколько дней вы обычно приезжаете в Минск?

— Дома в Гераненах у меня есть небольшое хозяйство, но, если я не сильно уставший, то в Минск приезжаю на два дня — в четверг приеду, в пятницу — обратно. Днем играю, ночь провожу на железнодорожном вокзале. Иногда утром начинаю играть уже в шесть утра, когда метро открывается.

— Целый день можете играть?

— Целый день — это слишком много, я ведь уже не юноша. Часа три поиграю, уже усталось накатывает. Схожу пообедаю, отдохну немного. Потом еще три часа играю.

— А какой у вас репертур?

— Разный. И народные песни, и молодежные, и песни из кинофильмов. Может быть, около ста мелодий знаю или даже больше. Играю все, что на ум придет. Я, когда играю, то репертур выстраивается сам — по настроению. Чувствую настроение людей. А вот на заказ не играю. Только для души. Так сказать, совмещаю приятное с полезным.

Вечером еду на вокзал ночевать. На третьем этаже телевизор смотрю и дремлю. Иногда милиционер подходит, спрашивает билет. Обычно отвечаю так: «Пока не решил, каким поездом поеду». Так ночь и проходит. Хотя милиционеры меня уже знают, я же каждую неделю здесь на протяжении восьми лет. И, к тому же, алкоголь не употребляю, под скамейкой не валяюсь.

— Гармонь приносит небольшой доход?

— Обычно люди мелочь бросают, иногда — рубли. Сильно народ купюрами не разбрасывается. Тем более те, кто ездит в метро. Не олигархи же, простые люди. Пройдет добрый человек — пятачок или 20 копеек в баночку бросит.

Но однажды был случай на станции метро «Фрунзенская», когда играл возле какого-то банка. Сижу в теньке под деревом, растягиваю гармонь, подходит солидный мужчина. Костюм, галстук, белоснежная рубашка — все при нем. Банкир, думаю. Говорит мне: «Дед, что ты здесь мучаешься? Вот тебе 50 рублей и иди отдыхай». — «Я не мучаюсь, — отвечаю, — а как раз и отдыхаю».

Я думал, что эти 50 рублей — высшая планка, но нет. Как-то подошла китаянка, когда «Цыганочку» играл. Она под музыку — в пляс! Поплясала, попрыгала и в баночку — 100 белорусских рублей. Я чуть гармонь из рук не выпустил!..

Вечером Валерий Васильевич идет в банк и сдает в кассу собранную за «смену» мелочь. Сумму ему затем переводят на карточку.

«За день получается от 30 до 100 рублей заработать, — говорит гармонист. — Столько стоит мое хорошее настроение, которое я дарю людям своей музыкой».

— Долго еще собираетесь приезжать в Минск? — спрашиваю на прощанье у моего собеседника.

— Не знаю, как здоровье позволит, — улыбается он в ответ. — Здесь я сам себе не пан. Но когда близкие меня начинают отговаривать от моих поездок в столицу, я им отвечаю так: «Дети, я же умру, если не буду шевелиться и играть».

Читайте также:

«Если бы музыканты наши деревенские застали стальные струны, то традиция не прерывалась бы». Гусляр рассказал, как сочетает традиционный народный инструмент и современную музыку

«Отчаянные времена требуют отчаянных шагов». Как белоруска из Бобруйска стала певицей в Испании

Почему некоторые типы музыки заставляют наш мозг петь, а другие нет

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?