Генпрокурор Андрей Швед. Фото: БелТА

Генпрокурор Андрей Швед. Фото: БелТА

Ранее, если подозреваемый или обвиняемый умирал до приговора, уголовное дело должны были прекратить.

«Но это прекращение не означало реабилитации. Это так или иначе было бы пятном на биографии умершего, свидетельством того, что он, скорее всего, был преступником. Родственники умершего, конечно, могли быть недовольны таким клеймом (в каких-то случаях это могло иметь негативные последствия и для них лично, если, например, они пытались бы занять какие-то должности, где проверяют биографию в том числе близких родственников)», — объясняют юристы LegalHub.

Поэтому родственники могли подать соответствующее заявление о несогласии с прекращением дела. В этом случае дело продолжалось до самого приговора (или закрывалось по другим обстоятельствам, например — из-за недосказанности).

«В ходе расследования и дальнейшего рассмотрения дела родственники становились представителями умершего и имели процессуальные права и полномочия. В случае обвинительного приговора в нем должно быть отмечено, что вина умершего доказана, но приговор в любом случае выносится без назначения наказания.

То есть в предыдущих случаях такое было возможно, только если родственники изъявили желание доказать через суд, что умерший невиновен»,

— рассказывают юристы.

Главное изменение сейчас заключается в том, что уголовные дела по тем преступлениям, которые не имеют срока давности, обязательно рассматриваются, даже если обвиняемые уже умерли.

«Понятно, что цель этого изменения уже не в том, чтобы дать право на доказательство невиновности, а наоборот, в том, чтобы обеспечить какую-то, видимо, историческую ответственность», — считают юристы.

Нужно понимать, что сроки давности не распространяются только на очень короткий список преступлений: подготовка и ведение агрессивной войны (статья 122 УК); акт международного терроризма (статья 126 УК); геноцид (статья 127 УК); преступление против безопасности человечества (статья 128 УК); производство, накопление или распространение запрещенных средств ведения войны (статья 129 УК); экоцид (статья 131 УК); применение оружия массового поражения (статья 134 УК); нарушение законов и обычаев войны (статья 135 УК); преступные нарушения норм международного гуманитарного права во время вооруженных конфликтов (статья 136 УК); бездействие или преступные приказы во время вооруженного конфликта (статья 137 УК).

«Соответственно, эти статьи пока никак невозможно применить, например, против каких-то действующих политических оппонентов, если кто-то из них, например, умрет. Видно, что единственный вероятный случай применения этих новых правил — какие-то дела по историческим событиям, скорее всего, любимое генеральным прокурором дело о «геноциде белорусского народа».

Сомнительно, что какие-то обвинения будут действительно доказаны, если учесть уже ранее замеченные ошибки во всем «следствии» по этому делу. С большой вероятностью на основании довольно сомнительных доказательств будет проводиться попытка даже с формальной уголовной стороны компрометировать как ряд белорусов, которые были в той или иной степени коллаборационистами во время войны, так и различных деятелей других стран (в первую очередь — Польши, Литвы и Украины)», — считают юристы.

Даже Адольф Гитлер, Генрих Гиммлер, Йозеф Геббельс и другие высшие деятели нацистской Германии, умершие до начала дел против них и чья ответственность за преступления нацистов была очевидна, не были привлечены к посмертной уголовной ответственности (и это при том, что при создании Нюрнбергского трибунала, как совершенно нового института, могли предусматриваться какие-то нормы об осуждении умерших преступников).

Если возвращаться к белорусским реалиям, важно еще отметить: в той части кодекса, где указывается, что приговор против умершего обвиняемого так или иначе будет без какого-то наказания (будет только констатация факта виновности), никаких изменений нет.

«Никаких материальных последствий в отношении родственников погибшего не предусматривается.

Чтобы нечто подобное возникло, нужно делать дополнительные изменения. И даже в случае изменений сомнительно, что найти родственников таких обвиняемых на территории Беларуси сейчас будет слишком просто», — отмечают юристы.

Читайте также:

Швед ответил на вопрос, что будет, если суд признает виновным умершего

Швед определился, по каким статьям будут судить умерших

Вводится административная ответственность за «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений» и бездетности

Правозащитники рассказали, сколько мигрантов погибло на границе Беларуси и ЕС и что теперь с теми, кто остался в стране

Клас
4
Панылы сорам
4
Ха-ха
2
Ого
0
Сумна
2
Абуральна
5