Довелось познакомиться с разгромно-критическим отзывом на Конгресс, написанном одним литовским аналитиком. И он меня зацепил. Автор выдвигает претензии к деталям, но за деревьями не видит леса.

Для начала немного общих сведений о форуме.

По-литовски этот город называется Каунас. У белорусов раньше бытовало такое его название — Коўна.

Почему в Каунасе происходят эти конгрессы? Вот почему. Конгрессы исследователей Беларуси организует объединение ученых — политологов преимущественно, но не только, — которое называется «Институт «Политическая сфера». А оно имеет тесные связи с Университетом Витовта Великого в Каунасе.

Это не просто университет в ряду других. Vytautas Magnus University, по-литовски Vytauto Didziojo Universitetas, отличается тем, что первым перешел на американскую систему обучения. Студенты в нем сами выбирают, какие предметы изучать, а какие — нет. Огромную роль в становлении университета сыграли литовские эмигранты.

А белорусам университет Каунаса помогает потому, что в нем работает несколько видных ученых, которые весьма сочувственно относятся к Беларуси. Это литовец Рустис Комунтавичюс и поляк Томаш Блашчек. Они и помогают «молодым белорусам» во всех их начинаниях.

Комунтавичюс, директор Института Великого Княжества Литовского, на мой взгляд выделяется в ряду литовских историков. Мало того, что он признает роль белорусов в ВКЛ, так еще и говорит, что иногда эта роль была превалирующей. В 2013 году он приезжал в Минск и выступил с лекцией.

IV Конгресс исследователей Беларуси прошел без пафоса. Не было там почетных гостей-звезд. Не было помпы. Даже церемониальные моменты имели налет спонтанности. Не было пышных банкетов, лишь немного печенья и дешевых конфет, чтобы отметить премии за лучшие работы. Не было трансфера участников от отелей. Да и в самих отелях большинство участников разместили по двое в номере, а не по одному, как бывает на любом статусном мероприятии. Самых почетных гостей, кстати, поселили в «Метрополь» — отель у центральной в Каунасе Лайсвес-аллеи, (аллеи Свободы). Там все сохранено, как было когда-то в 1920-е. Сохранено настолько, что в некоторых комнатах было совсем холодно, поскольку нет современной системы кондиционирования.

Но зато царила научная атмосфера. И белорусскость —неподдельная. А вместо коллективных банкетов делегаты вечерами пробовали литовское пиво в многочисленных барах пустоватого Каунаса (за последние 25 лет численность населения города сеизилась с 420 до 307 тысяч человек).

15 секций работали параллельно. Колоссальный механизм! Не вижу проблемы, если одна из них (экономика) сорвалась. Но это тоже показатель того, в какой из сфер ученые «избалованы вниманием» и не заинтересованы участвовать там, где им не платят гонорар.

Больше всего участников было в исторических секциях — и это объективный показатель того, какая сфера больше других интересна белорусам сегодня.

Исторические секции назывались так: «Великое Княжество Литовское: источники-социум-наррация», «Беларусь в составе Российской Империи» с подсекциями «Евреи в контексте белорусской истории», «Беларусь в ХХ в.: насилие и модернизация», «Белорусское зарубежье и порубежье в истории и современности».

Было несколько политологических секций, филологические, литературная, секция об архитектурном наследии. Ну и модная ныне «гендерная». Причем на этот раз не только о феминизме, но и с подсекцией «Мужских исследований». Вот о гендерной секции можно сказать, что она была совершенно провальной, поскольку доклады не касались белорусских реалий, и были простой данью моде.

На Конгрессе выступили Андрей Чернякевич, Владимир Мацкевич и еще сотни ученых. Захар Шибеко прилетел из Израиля, Курт Вулгайзер — из Америки, на этот раз была и представительная делегация российских ученых прогрессивного, антиимперского толка, в том числе из МГИМО, Санкт-Петербургского университета и Высшей школы экономики. Кажется, для них было очень важным увидеть и Литву, и белорусов.

Теперь о прозвучавшей критике.

Критики Конгресса сосредотачивают внимание как на организационных моментах, так и на слабом содержании выступлений в некоторых секциях.

Да, на Конгресс доехали не все из тех 480 человек, что подавали заявки. На первом пленарном заседании я насчитал 207 человек. Всего же побывало на Конгрессе 400 участников.

А игнорируют конгресс, не явились на него — хотя и анонсировали себя — преимущественно сотрудники тех аналитических институтов, что ориентированы на потребителей своего продукта в ЕС и США. Они не ощущают потребности в том, чтобы их услышали и увидели коллеги из провинции и рядовые аспиранты. Им они неинтересны.

Слабость некоторых секций вроде внешнеполитической, также легко объясняется тем, что политическая сфера в государственных белорусских университетах заключена в известные для политического режима рамки. Поэтому и уровень ученых-специалистов низкий.

Но для реального белорусского ученого и такой конгресс хорош.

Да-да, для белорусов и так хорошо. Кто-то, возможна, на этих словах закашлялся бы. Но это, по-моему, самый важный критерий. Едут, едут, пробиваются в Каунас из региональных университетов, из столичных институтов. И это главный показатель.

Друзья, я тоже не раз бывал на форумах по белорусской тематике в пятизвездочных «Рэдиссонах». Там все было гладко. Но мы не в состоянии устроить Конгресс исследователей Беларуси с участием 300 человек в «Рэдиссоне» с пятизвездочной обслугой.

Вокруг Беларуси слишком много происходит элитарных мероприятий. И мало — для широкого круга. А Каунасский конгресс важен для широкого круга.

Для меня наиболее убедительным показателем стала атмосфера в кулуарах. Она была живой. Люди знакомились и завязывали контакты.

Поэтому давайте с водой критики постараемся не выплеснуть вот этого гадкого утенка, каким рисуют Конгресс. Он превратится в лебедя просто в силу самого времени. Регулярность здесь имеет наибольшее значение. Как и масштаб.

* * *

Что думают об итогах Конгресса его организаторы?

«Главный результат Четвертого Конгресса в том, что это ежегодное мероприятие стало традиционным для белорусского интеллектуального пространства», — говорит социолог Алексей Ластовский.

Какая задача видится на будущее?

«Это повышение общего уровня докладов. Возможно, следующим шагом станет сокращение числа участников, если это станет необходимым условием для повышения качества», — говорит Ластовский.

«Каждый год количество заявок на участие растет. Также растет число предложений по организации специализированных секций, панелей, презентаций», — говорит политолог Андрей Казакевич.

Он признает: «работа Конгресса обнаруживает как сильные, так и слабые стороны белорусской науки. Отдельные направления способны презентовать очевидные интеллектуальные достижения ежегодно, другие — раз в 2—4 года.

Наибольший потенциал, по словам Казакевича, демонстрируют историки (особенно периода ВКЛ), лингвисты, литературоведы, исследователи религии, Библии. Достаточно сплоченные и интересные сообщества у исследователей современной культуры, представителей гендерных исследований.

Наибольшие трудности, по мнению Казакевича, проявляются в социальных и политических дисциплинах (политология, международные отношения, социология, экономика). В этом году центральными темами были: местная политика, украинский кризис и отношения стран Центральной и Восточной Европы с Китаем.

Также наблюдаются проблемы с «глубиной» при обсуждения отдельных практических проблем: образование, наука, гражданское общество, государственное управление. Хотя это можно считать скорее отражением общей экспертной и академической ситуации, прогресс в этой области может быть только постепенным», — полагает Казакевич.

Премии Конгресса исследователей Беларуси

Премия за лучшую научную публикацию — это возможность отметить лучших ученых. Она вручается в разделах истории, гуманитарных и социальных наук. С этого года премия в области гуманитарных наук была объединена с премией имени Зоры Кипель Североамериканской ассоциации исследователей Беларуси.

В отличие от прошлого года, в этом году Премия присуждалась отдельно: за лучшую монографию и за статью.

Конверты с итогами голосования экспертов вскрыли за час до церемонии в присутствии номинантов.

Премию за лучшую историческую монографию получил безусловный бестселлер и одновременно книга, полная открытий. Ее написал владелец агроусадьбы «Мартинова гусь» и одновременно ученый Алесь Белый. «Хроника Белой Руси: имагология Беларуси ХІІ—ХVIII ст.»

Очень напряженная конкуренция была в номинации «Исторический статья». Победил историк Андрей Тихомиров с «Женскими образами в «западнорусской» наррации». Хотя профессор Олег Латышонок в кулуарах высказывал мысль, что премии была достойна и Анастасия Скепьян со своим сенсационным открытием «Софья Слуцкая: православная святая католического вероисповедания». В ответ Алексей Ластовский пошутил, что она может победить в разделе монографии в следующем году.

Премию за монографию в гуманитарных науках получил этнограф и историк из Полоцкого университета Владимир Лобач за книгу «Миф. Пространство. Человек: белорусский традиционный ландшафт в семиотической перспективе».

Премию за статью в гуманитарных науках получил Андрей Горных за статью «Капитализм и тревога».

И, наконец, в области социально-политических наук победил совсем молодой автор Игорь Рассолько со статьей «Причины восстановления белорусской идентичности на пограничных территориях Польши и Литвы».

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?